АльфаОмега

база знаний!

Приветствую Вас, Гость | RSS
...
Форма входа
Логин:
Пароль:


1с бухгалтерия [12]Английский язык [6]
Банковское дело [22]Безопасность жизнедеятельности [12]
Биология [3]Бухгалтерское дело [166]
Бухгалтерский учет [129]Информатика [91]
Инновационный менеджмент [12]История экономики [80]
История экономических учений [162]Концепции современного естествознания [54]
Конфликтология [18]Культурология [45]
Линейная алгебра [72]Линейное программирование [7]
Макроэкономика [43]Маркетинг и реклама [68]
Математическая статистика [21]Математический анализ [50]
Менеджмент [141]Микроэкономика [39]
Мировая экономика [85]Моделирование портфеля ценных бумаг [19]
Основы предпринимательства [44]Отечественная история [39]
Политология [27]Правоведение [74]
Прикладные программы [21]Психология и педагогика [159]
Региональная экономика [81]Социология [57]
Теория вероятностей [53]Теория оптимального управления [3]
Управление организацией [35]Физическая культура [42]
Философия [157]Финансовый анализ [99]
Финансы и кредит [236]Численные методы [8]
Эконометрика [15]Экономика предприятия [70]
Экономико математическое моделирование [48]Экономическая география [69]
Экономическая теория [99]Экономическая политика [23]
Юриспруденция [20]Другие предметы [39]

Проблемы применения ст. 405 УПК РФ



Проблемы применения ст. 405 УПК РФ

С момента вступления в силу УПК РФ 2002 г., содержащиеся в нем положения претерпели неоднократные изменения. Не стали исключением и нормы, регулирующие институт надзорного производства. Большинство изменений, внесенных законодателем в главу 48 УПК РФ, связаны с предопределенными первоначальной редакцией действующего УПК проблемами реализации одного из основных принципов уголовного судопроизводства – состязательности сторон уголовного процесса. Наиболее ярким примером сказанному являются положения ст. 405 УПК РФ, устанавливающие прямой запрет пересмотра в порядке надзора обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также пересмотр оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела. Запрет поворота к худшему, выраженный в столь категоричной форме, совершенно обоснованно спровоцировал оживленные споры среди ученых, юристов-практиков, в т.ч. судей и прокуроров, относительно характера изменения ст. 405 УПК РФ. Необходимость изменения указанной нормы уголовно-процессуального закона практически ни у кого сомнений не вызывала. [1]. Существо споров представляло отмечаемое всеми авторами нарушение принципа состязательности уголовного процесса и нарушение права потерпевшего на судебную защиту своих прав и законных интересов, закрепленного ст. 45 Конституции РФ и ст. 6 УПК РФ, поскольку осужденный (оправданный) не был ограничен в возможности ходатайствовать о пересмотре судебного решения по основаниям, улучшающим его положение. Так, Т. Шинелева справедливо отмечает, что безусловный запрет поворота к худшему при пересмотре уголовных дел в порядке надзора нарушает это основное право граждан, особенно потерпевших, препятствует их доступу к правосудию, поскольку, как показывает практика, судебные ошибки в последнее время не редкость на разных уровнях отправления правосудия, а потерпевшие лишены возможности исправить ошибки, допущенные на апелляционной и кассационной стадиях судебного производства, что ставит под сомнение сам принцип судебного надзора. [2, с. 42]. Мнение Т. Шинелевой созвучно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации по данному вопросу, которая однозначно определена в Постановлении N 2 - П от 14 февраля 2000 г.: ≪Принципы состязательности и равноправия сторон распространяются на все стадии уголовного судопроизводства. На разных стадиях уголовного процесса, в том числе и надзорной инстанции, прокурор и обвиняемый (осужденный, оправданный) должны обладать соответственно равными процессуальными правами≫. Однако, несмотря на это, провозглашенный в ст. 405 УПК РФ запрет ухудшения положения осужденного (оправданного) фактически закрывал дверь в надзорную инстанцию обвинителю и потерпевшему от преступления. [3, с. 6].

 

Результатом многочисленных обращений в Конституционный Суд РФ, вызванных проблемой недопустимости поворота к худшему при рассмотрении уголовных дел в порядке надзора, явилось Постановление Конституционного Суда РФ № 5-П ≪По делу о проверке Молодой ученый, №1 181 конституционности статьи 405 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросом Курганского областного суда, жалобами Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, производственно-технического кооператива ≪Содействие≫, общества с ограниченной ответственностью ≪Карелия≫ и ряда граждан≫ от 11 мая 2005 г. В целом, правовая позиция, изложенная в данном Постановлении, соответствует правовой позиции, ранее отраженной Конституционным Судом РФ в Постановлении № 13-П от 17 июля 2002 г. По результатам изучения обжалуемой ст. 405 УПК РФ на предмет соответствия Конституции РФ, Суд постановил:

1. Признать статью 405 УПК Российской Федерации в той мере, в какой она в системе действующего уголовно-процессуального регулирования пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений суда, не допуская поворот к худшему при пересмотре судебного решения в порядке надзора по жалобе потерпевшего (его представителя) ли по представлению прокурора, не позволяет тем самым устранить допущенные в предшествующем разбирательстве существенные (фундаментальные) нарушения, повлиявшие на исход дела, не соответствующей Конституции Российской Федерации.

2. Впредь до внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовно- процессуальное законодательство пересмотр в порядке надзора по жалобе потерпевшего, его представителя и по представлению прокурора обвинительного приговора, а также определения и постановления суда в связи с необходимостью применения уголовного закона о более тяжком преступлении, ввиду мягкости наказания или по иным основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного, а также оправдательного приговора либо определения или постановления суда о прекращении уголовного дела, допускается лишь в течение года по вступлении их в законную силу.

 

На первый взгляд кажется, что проблема, обусловленная вступившей в действие с 1 января 2003 г. редакцией ст. 405 УПК РФ и существовавшая практически два с половиной года, окончательно разрешена. Однако, факт признания ст. 405 неконституционной вызвал новые споры среди ученых, судей, правозащитников и др. Полагаем, это связано с тем, что, признав возможным в качестве крайней меры исключение из общего правила о недопустимости поворота к худшему в тех случаях, когда судебная ошибка исказила саму суть правосудия и смысл приговора как акта правосудия, Конституционный Суд РФ одновременно сделал и другие не менее важные для правоприменительной практики выводы: определено, что ограничения, связанные с поворотом к худшему при пересмотре в порядке надзора судебного решения, распространяются только на такие судебные решения, которыми определяется процессуальный статус лица как виновного (или невиновного) в совершении преступления и подлежащего (не подлежащего) уголовной ответственности и наказанию; названы условия, при которых возможен пересмотр судебных решений в порядке надзора с ухудшением положения осужденного (оправданного); высказано суждение о сроке, в течение которого допустим поворот к худшему.

 

Анализируя перечисленные выше обстоятельства, отраженные в Постановлении Конституционного Суда РФ № 5-П от 11 мая 2005 г., считаем целесообразным согласиться с доводами Конституционного Суда РФ относительно установления срока в один год, в течение которого возможен пересмотр вступивших в законную силу приговоров, постановлений и определений суда в порядке надзора при ухудшении положения осужденного (оправданного). Полагаем, что установление этого, достаточно короткого, срока пересмотра судебного решения ни в коей мере не нарушает конституционные права граждан (потерпевших, их представителей) и способствует укреплению правовой определенности и стабильности судебных решений. Наше мнение не противоречит позиции Европейского Суда по правам человека, указавшего, что установление данного срока не может считаться нарушением Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. [4].

 

Гораздо больше вопросов вызывает указание Конституционного Суда РФ на возможность ухудшения положения осужденного (оправданного) при пересмотре судебного решения в порядке надзора лишь тогда, когда на предыдущих стадиях процесса было допущено существенное (т.е. имеющее фундаментальный, принципиальный характер) нарушение закона, повлиявшее на исход дела, исказившее суть правосудия и смысл приговора как акта правосудия. Вызваны они тем, что Постановление № 5-П не раскрывает понятия фундаментальных нарушений закона, что говорит об оценочности и, в какой-то мере, субъективности, этого положения. [5]. Отчасти это можно объяснить указанием Конституционного Суда РФ на необходимость законодательного изменения ст. 405 УПК РФ, что, естественно, предопределяет определение законодателем перечня существенных нарушений, выступающих основаниями для пересмотра судебных решений в порядке надзора с ухудшением положения осужденного (оп-

равданного). Но, несмотря на рекомендации Конституционного Суда РФ, спустя более трех лет с момента вступления в силу Постановления № 5-П от 11 мая 2005 г., ст. 405 УПК РФ продолжает действовать в первоначальной редакции со ссылкой на признание ее неконституционной в силу установления этого Конституционным Судом РФ в исследуемом постановлении. Совершенно очевидно, что при определении ≪существенных нарушений уголовно-процессуального закона≫ необходимо учитывать ряд факторов, предопределенных Постановлением № 5-П от 11 мая 2005 г., Конвенцией о защите прав человека и основных свобод 1950 г., Международным Пактом о гражданских и политических правах 1966 г. и некоторыми другими нормативно-правовыми актами: нарушение закона повлияло на исход дела, исказило суть правосудия и смысл приговора как акта правосудия; нарушения закона носят исключительный характер, т.е. по меньшей мере, их перечень должен быть уже аналогичных нарушений, являющихся основаниями пересмотра не вступивших в законную силу судебных решений, равно как и пересмотра вступивших в законную силу судебных решений, не связанного с ухудшением положения осужденного (оправданного). Кроме того, нужно учитывать специфику и характер пересматриваемого судебного решения: основания для отмены оправдательного приговора не могут быть приравнены к основаниям для изменения обвинительного приговора в связи с необходимостью применения закона о более тяжком преступлении или ввиду мягкости наказания. [6, с. 4].

 

Ввиду вышеизложенного, соглашаясь с мнением Н.Ю. Решетовой, Л.А. Курочкиной, А.Н. Разинкиной, полагаем, что к основаниям, влекущим за собой ухудшение положения осужденного при пересмотре обвинительного приговора, следует относить:

1. Нарушение уголовно-процессуального закона:

вынесение судебного решения незаконным составом суда;

вынесение судебного решения в соответствии с оправдательным вердиктом, принятым незаконным составом коллегии присяжных заседателей;

нарушение тайны совещания судей при вынесении решения;

нарушение тайны совещания коллегии присяжных заседателей при принятии вердикта;

обоснование приговора доказательствами, признанными судом недопустимыми;

нарушения уголовно-процессуального закона, которые существенно ограничили

право прокурора, потерпевшего или его представителя на представление доказательств обвинения;

отсутствие протокола судебного заседания.

2. Неправильное применение уголовного закона:

отсрочка исполнения приговора;

применение к осужденному акта амнистии;

непризнание в действиях осужденного особо опасного рецидива;

неправильное исчисление срока отбытия наказания;

освобождение осужденного от отбывания наказания;

применение к осужденному условно-досрочного освобождения от наказания или

замена его неотбытой части более мягким видом наказания;

признание осужденного виновным в совершении и других преступлений (эпизодов) помимо тех, за которые он был осужден;

признание наступления в результате совершенного преступления более тяжких

последствий, чем установил суд, либо причинения более крупного ущерба, что влечет за собой квалификацию содеянного по более тяжкому закону;

необходимость применения дополнительного вида наказания, когда его назначение является обязательным, а суд, постановляя приговор, его не применил;

иные нарушения уголовного закона, признанные судом существенными.





Похожие материалы
Понятие и признаки юридического лица. Брачно-семейные отношения: понятие и правовое регулирование
Договор возмездного оказания услуг
Договор перевозки груза
Деление договоров на отдельные виды
Правоведение-шпаргалки

Категория: Правоведение | Добавил: mangust13 | Теги: проблемы, право, уголовное, положения, Нормы, 405 УПК РФ
Просмотров:833 | Загрузок: 102 | Рейтинг: 0.0/0
  
Всего комментариев: 0
 
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Меню сайта
Шпаргалки

>Шпаргалки

ПОДЕЛИТЬСЯ