Различия в подходе к предмету и методу экономической науки в классической и исторической школах

Оглавление
Классическая политическая экономия
Немецкая историческая школа
Заключение
Список использованной литературы

КЛАССИЧЕСКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ ЭКОНОМИЯ
Классическая школа политической экономии зародилась в Англии в конце XVII в. — начале XVIII в. в период буржуазной перестройки промышленного производства, когда господство торгового капитала сменилось господством промышленного капитала.
Уильям Петти (1623—1687) — основоположник классической политической экономии в Англии, изложивший свои экономические взгляды в произведениях, опубликованных в 60—80-е гг. XVII в.
Судя по трудам У.Петти, предметом изучения экономической науки, на его взгляд, является прежде всего анализ проблем сферы производства. Это, в частности, очевидно из убежденности данного ученого в том, что создание и приумножение бо-гатства происходит якобы исключительно в сфере материального производства, при-чем без какого-либо участия в этом процессе торговли и торгового капитала.
Методологические позиции У.Петти хотя и не лишены некоторых, присущих меркантилизму, элементов эмпиризма и государственного вмешательства в хозяй-ственную жизнь, но в основном он придерживался принципов laissez faire, настаивая на либерализации денежного обращения и торговли. Одновременно присущий его творчеству экономический либерализм обусловил такие методические упрощения, как:
─ отрицание обратного влияния сферы обращения на сферу производства;
─ приверженность ортодоксальной версии количественной теории денег, уводящей от признания взаимозависимости денежного и товарного рынков;
─ затратная (на каузальной основе) характеристика природы происхождения стои-мости (ценности) товаров и услуг;
─ трактовка заработной платы как цены труда рабочего, размер которой в условиях свободной конкуренции всегда минимален, и др.
Пьер Буагильбер (1646—1714) — родоначальник классической политической экономии во Франции. П.Буагильбер, подобно У.Петти пришел к так называемой концепции общественного богатства. Он подчеркивает, что ни владение землей, ни денежным богатством не обеспечит такого достатка, чтобы не «позволить погибнуть в нищете их владельцу, когда пер¬вые вовсе не обрабатываются, а вторые не обмени-ваются на жизненно необходимые предметы, как пища и одежда, без чего никто не может обойтись. Только их надо почитать богатством».
Таким образом, по Буагильберу, не приумножение денег, а, напротив, рост производства «пищи и одежды» представляет собой главную задачу экономической науки. Иными словами, он, как и У.Петти, предметом изучения политической эконо-мии считает анализ проблем сферы производства, признавая эту сферу наиболее зна-чимой и приоритетной в сравнении со сферой обращения.
Наряду с тенденциозной позицией в рассмотрении сфер производства и по-требления (обращения) о методологических особенностях творческого наследия П.Буагильбера свидетельствуют также:
─ убежденность в автоматическом равновесии экономики в условиях ничем не огра-ниченной свободной конкуренции;
─ приверженность затратной характеристике стоимости товаров и услуг;
─ признание в интересах национальной экономики личного интереса выше обще-ственного;
─ недооценка самостоятельной и значимой роли денег в хозяйственной жизни.
Франсуа Кенэ (1694—1774) — признанный лидер и основоположник школы физиократов — специфического течения в рамках классической политической эконо-мии.
В качестве предмета изучения политической экономии Ф.Кенэ избрал чрез-мерно возвеличенные им же с точки зрения общественного благополучия проблемы сельскохозяйственного производства, являющегося составной частью сферы произ-водства. Причем он явно недооценивает взаимосвязь всех сфер экономики, что обу-словлено методологическими принципами, которых этот автор неизменно придержи-вался в своем творчестве.
Методологической платформой экономического исследования Ф.Кенэ стала разработанная им концепция о естественном порядке, юридической основой которой, на его взгляд, являются физические и моральные законы государства, охраняющие частную собственность, частные интересы и обеспечивающие воспроизводство и пра-вильное распределение благ.
Одновременно Ф.Кенэ предупреждает, что «верховная власть» не должна быть аристократической или представленной крупным земельным собственникам; послед-ние, соединившись вместе, могли бы образовать власть более могущественную, чем сами законы, поработить нацию, причинить своими честолюбивыми и жестокими распрями разорение, неустройства, несправедливости, наиболее зверские насилия и создать самую разнузданную анархию». Он считал целесообразным сосредоточить высшую государственную власть в одном просвещенном лице, обладающем знанием законов естественного порядка, необходимых для осуществления государственного руководства.
Анн Робер Жак Тюрго (1727—1781) А.Тюрго не считал себя ни учеником, ни последователем Ф.Кенэ, отрицая какую-либо свою причастность к физиократам. Тем не менее, творческое наследие и практические дела свидетельствуют о его привер-женности основам физиократического учения и принципам экономического либера-лизма.
Адам Смит (1723-1790) Исторически сложилось так, что почти повсеместно формирование экономической науки чаще всего увязывается с именем и творчеством Адама Смита — величайшего английского ученого-экономиста конца XVIII в.
В своей книге «Исследование о природе и причинах богатства народов» в каче-стве предмета изучения политической экономии А.Смит назвал проблему экономиче-ского развития общества и повышения его благосостояния. Судя по разъяснениям в самом начале «Богатства народов», А.Смит, отрицая денежную суть экономического роста и повышения благосостояния, настаивает на том, что «годичный труд каждого народа» превращается в богатство, прежде всего в виде материальных (физических) ресурсов. А последние, на его взгляд, создаются исключительно в сфере производ-ства, роль которой в хозяйственной жизни он заведомо считал приоритетной.
Центральное место в методологии исследования А.Смита занимает концепция экономического либерализма, в основу которой, как и физиократы, он положил идею естественного порядка, т.е. рыночных экономических отношений. В то же время в отличие, скажем, от Ф.Кенэ, в понимании А.Смита, и он это постоянно подчеркивает, рыночные законы лучшим образом могут воздействовать на экономику, когда частный интерес стоит выше общественного, т.е. когда интересы общества в целом рас-сматриваются как сумма интересов составляющих его лиц. В развитие этой идеи автор «Богатства народов» вводит ставшие затем знаменитыми понятия «экономический человек» и «невидимая рука».
Смитовская «невидимая рука» предполагает такое соотношение между «эконо-мическим человеком» и обществом, т.е. «видимой рукой» государственного управле-ния, когда последняя, не противодействуя объективным законам экономики, переста-нет ограничивать экспорт и импорт и выступать искусственной преградой «есте-ственному» рыночному механизму. Конкретно за государством А.Смит считает целе-сообразным закрепить «три весьма важные обязанности», а именно: осуществление издержек на общественные работы, на обеспечение военной безо¬пасности и на от-правление правосудия.
Непременным условием для того, чтобы экономические законы действовали, является, по убеждению А.Смита, свободная конкуренция. Только она, считает он, может лишить участников рынка власти над ценой, и чем больше продавцов, тем ме-нее вероятен монополизм, ибо, на его взгляд, «монополисты, поддерживая постоян-ный недостаток продуктов на рынке и никогда не удовлетворяя полностью действи-тельный спрос, продают свои товары намного дороже естественной цены и поднима-ют свои доходы…».
Давид Рикардо (1772—1823) — одна из ярких личностей классической поли-тической экономии Англии, последователь и одновременно активный оппонент от-дельных теоретических положе¬ний наследия великого А.Смита.
Уже в предисловии своего знаменитого произведения «Начала политической экономии…» Д.Рикардо, исходя из смитовского деления общества на три основных класса (землевладельцы, капиталисты, рабочие), а доходов соответственно на ренту, прибыль и заработную плату, сформулировал «главную задачу политической эконо-мии». Она, по его словам, заключается в том, чтобы «определить законы, которые управляют этим распределением» (доходов). Тем самым он показал, что его, как А.Смита, интересуют прежде всего неотвратимые экономические «законы», знание которых позволит управлять распределением создаваемых в сфере материального производства доходов.
Аналогично концепции естественного порядка А.Смита для приумножения бо-гатства страны, рассматриваемого как соответствующая величина физического объе-ма производства, Д.Рикардо главным условием считает свободную конкуренцию и другие принципы политики экономического либерализма. Это, в частности, видно из его совершенно недвусмысленного заявления о том, что только «плодотворная стра-на, особенно если она разрешает свободный ввоз пищевых продуктов, может накоп-лять капитал в изобилии без значительного уменьшения нормы прибыли или значи-тельного возрастания земельной ренты».
Жан Батист Сэй (1767-1832) По Сэю предметом изучения политической эко-номии является проблематика материального благополучия общества, а источник бо-гатства он видит в производственном потенциале нации.
Необходимо отметить, что Ж.Б.Сэй аналогично другим классикам объяснял конструирование политической экономии по образцу точных наук, таких, например, как физика. В методологическом плане это означает признание законов, категорий и теорий, имеющих универсальное и первостепенное значение. Но нельзя не сказать также о том, что, по Сэю, назначение политической экономии всего лишь теоретиче-ское и описательное.
Ж.Б.Сэй снискал себе несомненный авторитет смитианца, безоговорочно при-няв принципы свободы рынков, ценообразования, внутренней и внешней торговли (фритредерство), неограниченной свободной конкуренции предпринимателей и недо-пустимости никаких проявлений протекционизма и возведя эти принципы в ранг аб-солюта. Положение Ж.Б.Сэя о реализации общественного продукта позже получило название «закона рынков» или просто «закона Сэя», и разделяли этот «закон» не только столпы классической политической экономии Д.Рикардо, Т.Мальтус и др., но и экономисты многих других школ экономической мысли вплоть до начала XX в.
Томас Роберт Мальтус (1766-1834) — видный представитель классической политической экономии Англии.
Т.Мальтус, как и другие классики, основную задачу политической экономии ви-дел в приумножении, благодаря прежде всего развитию сферы производства, матери-ального богатства общество. Вместе с тем определенной особенностью его воззре-ний в этой связи явилась впервые предпринятая попытка увязать проблемы экономи-ческого роста и роста народонаселения, ибо до него в экономической науке счита-лось как бы «бесспорным», что в условиях либеральной экономики чем больше чис-ленность населения и темпы его роста, тем якобы благотворнее это скажется на раз-витии национального хозяйства, и наоборот.
Своеобразие методологических принципов Т.Мальтуса очевидно из того, что он, безоговорочно принимая концепцию экономического либерализма, смог в то же время с научных позиций обосновать свое предвидение взаимосвязи темпов роста экономики и народонаселения. Причем с точки зрения новизны методологии ценность мальтусовской теории народонаселения состоит в том, что она позволяет получить важные аналитические выводы для выработки соответствующей национальной эко-номической политики по преодолению причин бедности, обусловленных простым со-отношением темпа прироста населения и темпа прироста жизненных благ, определя-емых так называемым прожиточным минимумом.
Джон Стюарт Миллъ (1806-1873) — один из завершителей классической по-литической экономии. Он принял рикардианский взгляд на предмет политической экономии, выдвинув на первый план «законы производства» и противопоставив их «законам распределения». Причем в последней главе книги III автор «Основ» почти повторяет своих предшественников по «школе», указывая, что в экономическом раз-витии нельзя не считаться с «возможностями сельского хозяйства».
В области методологии исследования у Дж.С.Милля очевидно как повторение достигнутого классиками, так и существенное поступательное продвижение. Так, в главе 7 книги III он солидаризируется со сложившейся концепцией «нейтральности» денег, и в ряде последующих глав этой книги несомненна его приверженность коли-чественной теории денег. Отсюда через недооценку функции денег как меры ценности товарного запаса Дж.С.Милль следует упрощенной характеристике богатства. Последнее, на его взгляд, определяется как сумма покупаемых и продаваемых на рынке благ. В то же время специфичным для методологии автора «Основ» является противопоставление друг другу законов производства и законов распределения.
Продолжая общую характеристику почти двухсотлетней истории классической политической экономии, необходимо выделить ее единые признаки, подходы и тен-денции в части предмета и метода изучения. Они могут быть сведены к следующему обобщению.
Во-первых, неприятие протекционизма в экономической политике государства и преимущественный анализ проблем сферы производства в отрыве от сферы обра-щения, выработка и применение прогрессивных методологических приемов исследо-вания, включая причинно-следственный (каузальный), дедуктивный и индуктивный, логическую абстракцию. Одновременно подход с классовых позиций на наблюдае-мые «законы производства» и «производительный труд» снимал любые сомнения по поводу того, что полученные с помощью логической абстракции и дедукции предска-зания следовало бы подвергнуть опытной проверке. В результате свойственное клас-сикам противопоставление друг другу сфер производства и обращения, производи-тельного и непроизводительного труда стало причиной недооценки закономерной взаимосвязи хозяйствующих субъектов этих сфер («человеческого фактора»), обрат-ного влияния на сферу производства денежных, кредитных и финансовых факторов и других элементов сферы обращения.
Таким образом, приняв в качестве предмета изучения только проблематику сферы производства, экономисты-классики подчеркивали, что выводы экономической науки в конечном счете основываются на постулатах, в равной степени почерпнутых из наблюдаемых «законов производства» и субъективной интроспекции.
Во-вторых, опираясь на каузальный анализ, расчеты средних и суммарных ве-личин экономических показателей, классики пытались выявить механизм происхож-дения стоимости товаров и колебания уровня цен на рынке не в связи с «естественной природой» денег и их количеством в стране, а в связи с издержками производства или, по другой трактовке, количеством затраченного труда.
В-третьих, категория «стоимость» признавалась авторами классической шко-лы единственной исходной категорией экономического анализа, от которой как на схеме генеалогического древа отпочковываются другие производные по своей сути категории. Кроме того, подобного рода упрощение анализа и систематизации привело классическую школу к тому, что само экономическое исследование как бы имитиро-вало механическое следование законам физики, т.е. поиск сугубо внутренних причин хозяйственного благополучия в обществе без учета психологических, моральных, правовых и других факторов социальной среды.
В-четвертых, исследуя проблематику экономического роста и повышения бла-госостояния народа, классики не просто исходили из принципа достижения активного торгового баланса, а пытались обосновать динамизм и равновесность состояния эко-номики страны. Однако при этом, как известно, они обходились без серьезного мате-матического анализа, применения методов математического моделирования экономи-ческих проблем, позволяющих выбрать наилучший (альтернативный) вариант из определенного числа состояний хозяйственной ситуации. Более того, классическая школа достижение равновесия в экономике считала автоматически возможным, разделяя упомянутый выше «закон рынков» Ж.Б.Сэя.
Наконец, в-пятых, деньги, издавна и традиционно считавшиеся искусственным изобретением людей, в период классической политической экономии были признаны стихийно выделившимся в товарном мире товаром, который нельзя «отменить» ни-какими соглашениями между людьми. Среди классиков единственным, кто требовал упразднения денег, был П.Буагильбер. В то же время многие авторы классической школы вплоть до середины XIX в. не придавали должного значения разнообразным функциям денег, выделяя в основном одну — функцию средства обращения, т.е. трактуя денежный товар как вещь, как техническое средство, удоб¬ное для обмена.

НЕМЕЦКАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ШКОЛА
В период объединения Германских земель в единое государство, т.е. в середине XIX в., возникло еще одно альтернативное классической политической экономии направление экономической мысли, получившее название «историческая школа Гер-мании» или, что одно и то же, «немецкая историческая школа».
Эта школа, по сути олицетворяет не столько историческое, сколько социально-историческое направление, потому что ее авторы, в отличие от классиков, включили в поле исследований политической экономии (предмет изучения) наряду с экономиче-скими и неэкономические факторы, впервые начав тем самым одновременное рас-смотрение в историческом контексте всего многообразия социально-экономических проблем, всей совокупности общественных отношений.
В своей критике немецкие авторы единодушны в том, что клас¬сики чрезмерно увлекаются абстракциями и обобщениями и не¬дооценивают значение фактов и наблюдений, связанных с про¬шлым и настоящим. Они также обвиняют классиков за абсолюти¬зацию принципов экономического либерализма (laissez faire), при-верженность некой универсальной экономической науке и узость индивидуалистских доктрин и настаивают на целесообразности исследования реального, а не мнимого изображения конкретной действительности.
О характерной особенности исторической школы Германии свидетельствует то обстоятельство, что ее главные идеи были сфор¬мулированы теоретическими предше-ственниками данного направ¬ления экономической мысли — А.Мюллером и Ф.Листом. А суть этих идей, вытекающая из сочинений Адама Мюллера под названием «Основы искусства управления государством» (1809) и Фрид¬риха Листа под названием «Национальная система политической экономии» (1841), сводится к таким положени-ям, как:
─ особая и значительная роль для экономической науки истори¬ческого метода;
─ характеристика политической экономии не как универсальной, а национальной науки;
─ учет влияния на национальное хозяйство не только экономи¬ческих, но и природно-географических, национально-историчес¬ких и других неэкономических пред-посылок;
─ признание общественного интереса нации выше личного ин¬тереса индивидуума.
Экономические воззрения А.Мюллера и Ф.Листа близки друг другу в тех ас-пектах, в которых оба они критикуют классиков за их абстракции и либерализм, ра-туют за сохранение протекционизма в хозяйственной политике государства и явно преувеличивают роль исторического метода анализа в экономической науке. В то же время их взгляды существенно расходятся, когда речь идет об идеале общественного устройства и роли экономической науки в его до¬стижении.
Так, А.Мюллер склоняется к идеализации хозяйственных от¬ношений времен средневековья, потому что принципы laissez faire, на его взгляд, не могут соответ-ствовать национальным, в том числе хозяйственным, традициям континентальных стран. Он убежден, что исключительно благодаря авторитету А.Смита на родине этого ученого — в островном государстве Англии смогли укорениться идеи ничем не ограниченной свободной торговли и конкуренции.
В свою очередь Ф.Лист, в отличие от А.Мюллера, принимает некоторые теоре-тические положения классиков, особенно в час¬ти поступательного развития общества и целесообразности уско¬рения научно-технического прогресса. Однако подход клас-сиков к экономической науке, по его мнению, носит слишком узкий и поверхностный характер, поскольку они не учитывают важную роль государства в национальной экономике, а также влияние на хо¬зяйство исторических корней нации и ее культуры. Далее он не исключает и возможности повсеместного принятия принципов laissez faire, но при условии достижения странами одинаково вы¬сокой стадии экономическо-го развития. Иными словами, Ф.Лист в самом деле «не верил в какой-то единый и благодетельный для всех народов и во все времена общественный строй, опирающий-ся на свободную игру индивидуальных хозяйственных интересов»1.
В процессе эволюции исторической школы Германии в эконо¬мической литера-туре выделяют обычно три этапа. Первый этап охватывает период 40—60-х гг. XIX в. и получил название «Старая историческая школа»; основные авторы этого этапа В.Рошер, Б.Гильдебранд, К.Книс. Второй этап приходится на 70—90-е гг. XIX в. и называется «Новая историческая школа»; основные авто¬ры — Л.Брентано, Г.Шмоллер, К.Бюхер. Третий этап имел место в течение первой трети XX в. под названием «Новейшая историчес¬кая школа»; основные авторы — В.Зомбарт, М.Вебер, А.Шпитхоф. Значение «Старой исторической школы» по сравнению с други¬ми этапами в развитии социально-исторического направления экономической мысли следует выделить особо ввиду того, что авторы этого этапа, будучи родоначальни-ками немецкой истори¬ческой школы, внесли наиболее весомый вклад в формирование ее основных научных ценностей. Например, Вильгельм Рошер (1817— 1894) — профессор Геттингенского университета, автор таких сочинений, как «Краткие основы курса политической экономии с точки зрения исторического метода» и «Начала народно¬го хозяйства», настаивал на не¬обходимости только эволюционного развития общества, сравни¬вая всякую потребность в революционном изменении с «величай-шим несчастьем и нередко смертельным недугом народной жиз¬ни». Именно ему при-надлежит осуждающее учение классиков аллегорическое изречение о том, что «одно-го экономического идеала не может быть для народов, точно так же как платье не шьется по одной мерке».
Другой родоначальник старой исторической школы профессор университетов в Марбурге, Цюрихе, Берне и Йене Бруно Гильдебранд (1812-1878), автор крупной ра-боты «Политическая эко¬номия настоящего и будущего», не менее активно, но по¬рой тенденциозно, придерживался исторического метода в эконо¬мической науке.
Еще один из родоначальников школы профессор Фрайбургс¬кого и Гейдель-бергского университетов Каря Густав Адольф Книс (1821 —1898) настаивал на прио-ритете исторического метода в экономической науке, в том числе со стра¬ниц своей книги «Политическая экономия, рассматриваемая с исторической точки зрения». Он к тому же, по признанию американского неоклассика Дж.Б.Кларка, явил¬ся его настав-ником и учителем.
Между тем главная заслуга представителей «старой историчес¬кой школы» за-ключается прежде всего в формировании альтернатив¬ных классической школе ме-тодологических положений, которых впос¬ледствии придерживались все авторы по-следующих этапов соци¬ально-исторического направления и которые затем легли в осно¬ву методологии социально-институционального направления эко¬номической мысли — американского институционализма.
Особенности методологии социально-исторического направле¬ния экономиче-ской мысли, сложились еще на этапе «старой исторической школы». Немецкие авто-ры, поставив во главу угла проблему метода экономического исследования, по суще-ству выдержали научный спор с классиками и внесли в методологию политичес¬кой экономии новые позитивные элементы, которые легли в ос¬нову методологических особенностей зародившегося благодаря им социально-исторического направления экономической мысли. Суть же этих особенностей методологии может быть сведена к следую¬щим трем положениям:
1) учет влияния на экономическое развитие страны социаль¬ной среды, в том числе «человеческого фактора»;
2) выявление взаимосвязи и взаимообусловленности экономи¬ческих и неэконо-мических факторов и категорий;
3) определение места и роли неклассовых критериев в иссле¬довании фаз и эта-пов развития общества.
Первая методологическая особенность исторической школы Гер¬мании позво-ляет раскрыть несостоятельность одной из централь¬ных методических позиций клас-сиков, согласно которой в эконо¬мической науке приоритетное значение имеют якобы главным образом экономические законы, факторы и категории и их дей¬ствие объяв-ляется универсальным и неотвратимым во все време¬на и для всех народов (госу-дарств),
Итак, представители исторической школы исходят из того, что экономические законы не следует отождествлять с природными законами (например, законы химиче-ские, физические и т.п.), которые неизменно проявляют себя благодаря стабильному харак¬теру вызывающих их действие заранее известных элементов и ком¬понентов. Поэтому, наперекор классикам, они указывают на не¬универсальный характер полити-ческой экономии и зависимость результативности экономических процессов не только от эконо¬мических (базисных), но и от многообразных факторов неэконо¬мического (надстроечного) свойства, включая «человеческий фак¬тор», т.е., как принято говорить, от факторов социальной среды. Причем в числе последних чаще всего ими упо-минаются: национальные особенности и традиции; своеобразие исторического разви-тия нации, ее менталитет; историческая случайность; географические условия страны; особенности национальной культуры, психологии, религии и др.
В связи со второй методологической особенностью исторической школы необходимо вспомнить, что у классиков неэкономические факторы обусловлены вли-янием экономических факторов, из чего, например, вытекает, что чем выше уровень производительных сил общества, тем более развитой будет социальная среда (сфера), в том числе уровень культуры, искусства, науки и т.д., и наоборот. Немецкие авторы этой каузальной парадигме классиков противо¬поставили функциональную, и в их трудах значение в процессе эволюции хозяйственной жизни экономических и неэко-номичес¬ких факторов рассматривается, как правило, во взаимосвязи и взаимообу-словленности.
Правда, ими нередко делается столь значительный акцент на особую роль в экономическом развитии неэкономических факто¬ров, что их же позиция обернулась практическим насаждением в германском общественном мнении конца XIX — начала XX в. идей о будто бы уникальном «немецком национальном духе», об особой исто-рической миссии «арийской расы» и т.д. К примеру, со¬гласно предубеждениям М.Вебера, в его книге «Протестантская этика и дух капитализма» (1905) речь идет даже об исключитель¬но важной роли в создании цивилизованного общества одного из течений протестантской религии — кальвинизма.
Наконец, третья методологическая особенность исторической школы отра-жает итог ее противостояния классической школе по поводу места и роли в экономи-ческой науке исторического мето¬да. Как известно, у классиков историзм проявляет себя, прежде всего, через критерий выделения на различных этапах эволюции наро¬дов и государств так называемых высших и низших, главных и неглавных классов общества. Немецкие же авторы, обосновывая фазы, этапы и схемы экономического развития общества на всем протяжении исторического пути нации, классовому кри-терию противопоставили сугубо хозяйственный.
Благодаря неклассоформационному историзму, как важнейшему инструменту для научных изысканий и обновления экономичес¬кой науки, немецкая историческая школа достигла несомненных позитивных результатов. Подтверждение тому — не просто сам факт издания ее авторами ряда крупных фундаментальных историко-экономических монографий, а скорее то, что результаты этих иссле¬дований вызвали в дальнейшем весьма полезные дискуссии по мно¬гим актуальным социально-экономическим проблемам.
Одновременно следует подчеркнуть, что новизна исторического метода немец-ких авторов из-за их оторванности от уже достигну¬тых в ту пору научных основ эко-номической теории так и не позво¬лила исторической школе Германии занять лиди-рующее место в мировой экономической науке и опровергнуть основные теорети¬ко-методологические упущения классической политической эконо¬мии. Последнее стало возможным лишь на рубеже XIX—XX вв., когда появились вначале маржинальные концепции субъективистов и неоклассиков, а затем социально ориентированные кон-цеп¬ции американских институционалистов, о чем будет идти речь в рамках нижесле-дующей тематики учебника.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
В рамках классической политической экономии (или просто классической школы) в трудах ее основных представителей — А. Смита, Д. Рикардо и др. — впервые было дано систематическое изложение экономической теории как единой целостной научной дисциплины. Поэтому именно после возникновения классической политиче-ской экономии можно говорить об окончании этапа становления экономической тео-рии.
Классическая школа — крупнейшее направление в экономической науке за II пе-риод ее существования. Более того, отождествление экономической теории этого пе-риода с классической школой не будет сильным преувеличением. Отсюда следует, что едва ли не важнейшим свойством классической школы является:
а) акцент на анализе проблем производства и распределения материальных благ.
Среди других элементов общей характеристики классической школы необхо-димо выделить следующие:
б) Выработка и применение прогрессивных (для экономической науки того време-ни) методологических приемов исследования типа причинно-следственного метода, метода логической абстракции, дедуктивного метода.
в) Ядро экономического анализа классиков — проблема ценности. Развитие эконо-мической науки во II периоде ее существования проходило под знаком акцентирова-ния внимания на этой проблеме.
г) Все классики трактовали ценность как величину, определяемую производствен-ными затратами. Однако классический подход к анализу ценности отнюдь не был од-нозначным. В рамках учения о ценности классической школы существовало две тео-рии ценности. Во-первых, это трудовая теория ценности, разрабатывавшаяся основа-телем классической школы А. Смитом и Д. Рикардо (а затем получившей чрезвычайно углубленное развитие в трудах К. Маркса). Согласно этой теории, ценность товара определяется затратами труда на его производство. Во-вторых, это теория факторов производства, также заложенная А. Смитом, и развивавшаяся Ж.Б. Сэ и Т.Р. Мальту-сом (а затем вошедшая в качестве важного составного элемента в неоклассическую микроэкономику). В соответствии с этой теорией ценность товара складывается из доходов владельцев производственных факторов, участвовавших в изготовлении дан-ного товара.
д) Восприятие экономической системы как системы, аналогичной объектам иссле-дования физики того времени (а точнее, механики). Это, в свою очередь, привело к следующим особенностями экономического анализа классической школы: убежден-ность в том, что в рыночном (капиталистическом) хозяйстве доминируют универ-сальные и объективные (экономические) законы; и игнорирование субъективно-психологических факторов хозяйственной жизни.
е) Недооценка роли денег и влияния сферы обращения на сферу производства. Деньги воспринимались классиками как техническое средство, помогающее облег-чить обмен. Классики игнорировали роль денег как самого ликвидного средства со-хранения ценности. Завершитель классической политической экономии Дж. С. Милль писал: «Короче говоря, вряд ли можно отыскать в общественном хозяйстве вещь бо-лее незначительную по своей важности, чем деньги, если не касаться при этом спосо-ба, которым экономятся время и труд».
ж) Большой акцент на изучении «законов движения», т.е. закономерностей тенден-ций динамики, капиталистической экономики. Классики были склонны к исследова-нию трендов изменений экономических переменных, и, прежде всего, экономического роста и изменений доли основных групп владельцев факторов производства (труда, капитала и земли) в национальном продукте.
з) Отрицательное отношение (за редкими исключениями типа Дж. С. Милля) к ак-тивному вмешательству государства в экономику. Классики вслед за физиократами выступали за идеологию laissez-faire.
Немецкая историческая школа представляет собой главное еретическое направление в экономической науке XIX века. Подход представителей немецкой ис-торической школы отличался следующими особенностями.
а) Отрицательное отношение к любым попыткам создания универсальной экономи-ческой теории и, в частности, к классической политической экономии. По мнению адептов немецкой исторической школы, экономическая наука должна заниматься ис-следованием специфики конкретных национальных хозяйств; дело в том, что каждое национальное хозяйство имеет свои специфические свойства, зачастую не имеющие аналогов. Именно поэтому универсальная экономическая теория представляет собой нонсенс.
Отсюда следует другая особенность учения немецкой исторической школы:
б) антикосмополитизм. Представители немецкой исторической школы в той или иной степени были склонны подчеркивать роль национальных факторов в хозяй-ственном развитии.
в) Отрицательное отношение к абстрактно-дедуктивным методам анализа. Главный акцент в экономической науке нужно делать на конкретные историко-экономические исследования.
г) Трактовка народного хозяйства как единого целого, части которого находятся в постоянном взаимодействии между собой, а не как простой суммы отдельных инди-видов. Отсюда следует, что «жизнь» такого «целого» управляется особыми законами, отличающимися от законов, которым подчиняется жизнь отдельно взятых субъектов.
д) Отрицательное отношение к концепции экономического человека. «Немцы» от-вергают представление об индивиде как человеке, свободным от воздействия обще-ственных факторов и автономно стремящимся к достижению максимальной личной выгоды.
е) Трактовка хозяйства как одной из частей социальной жизни и, как следствие, учет разнообразных внеэкономических факторов — этических, психологических и пра-вовых.
ж) Понимание хозяйства как эволюционирующей системы, проходящий в своем развитии различные стадии. Кстати говоря, данный аспект также является аргументом против универсальности экономической теории, поскольку разные стадии развития хозяйства отличаются специфическими, а зачастую и уникальными свойствами.
з) Благосклонное отношение к государственному вмешательству. Такое отношение вызвано прежде всего скептицизмом по поводу того, что свободная конкуренция, ха-рактерная для рыночной экономики, в состоянии обеспечить гармонию интересов разных хозяйствующих субъектов. Без планомерного воздействия государства на хо-зяйство «сильнейшие» будут всегда оказываться в выигрыше за счет «слабейших».

ЛИТЕРАТУРА
1. Бартенев С.А. История экономических учений в вопросах и ответах М.: Юристъ, 1998г, 146с.
2. Войтов А.Г. История экономических учений. Краткий курс, переработанный. 3-е изд. – М.: Маркетинг, 2002. – 103с.
3. Павлова И.П. История экономических учений: Учеб. пособие Изд. 3-е / СПбГУАП. СПб., 2000. – 191с.
4. Ядгаров Я.С. История экономических учений: Учебник для вузов. 3-е издание. — М.: ИНФРА-М, 2000. — 320 с.

- доцент
- кандидат юридических наук
- профессор кафедры

Оцените автора
Добавить комментарий